«Сейчас в Европе и лучших домах Филадельфии, возобновили старинный обычай…»
12 Стульев
Еще до прихода к власти чекистов, в москве возобновили старинный обычай причислять себя к дворянским родам. Графинь, графинов, баронов и князей внезапно стало столько, что там всерьез стали задумываться о том, как бы наладить экспорт этого добра.
Кандидаты на эти помпезные титулы платили огромные деньги, чтобы выправить себе убедительный аусвайс, а ловкие дельцы торговали титулами как пельменями из конины или «студнем из лошадиных мослов».
Но потом власть поменялась, вернулись руководители с горячим сердцем и холодными лысинами и чистыми руками, полными кокаина и валюты, а потому вложения в титулы оказались не слишком оправданными.
Сказать, что деньги были и вовсе потрачены напрасно – нельзя, поскольку грамоту можно было повесить в туалете и каждый раз, в задумчивости глядя на нее, можно было вспоминать былые времена, когда дворяне собирались на балах и выделывали там всякие невинные проказы.
Тем не менее, теперь уже совсем нельзя было сделать величественный жест рукой и томным голосом сказать: «Князь, а сгоняйте ка в аптеку за парой фанфурей боярки». Да и визитки с гербами и вензелями давно вышли из моды. Так что захочешь повыпендриваться и не перед кем. Свои ведь тоже накупили подобного, а чужим – не покажешь, ибо донесут пролетариату.
Так что с этим увлечением дело зашло в тупик, но как пел один известный уролог: «Но конец твой, еще не конец. Твой конец это – чье-то начало». Так случилось и в этот раз.
Буквально три месяца к ряду, в залесье возобновили старый обычай, а именно – менять имена и фамилии. Правда, нечто подобное проклевывалось и у нас, но тогда это не стало массовым явлением. Всего-то и поменяли фамилии Костя Гришин на Сёму Семенченко и Егорка Зимин стал Егором Соболевым.
Возможно, это было нечто гендерное, поскольку у нас принято менять фамилии женщинам после замужества. Конечно, это – странный обычай, но сии джентльмены почему-то решили к нему примкнуть по собственной инициативе.
А вот в стране орков все намного хуже. Например, твой родитель попал под западные санкции и неизвестно, как это может отразиться на тебе лично, но печенкой чувствуешь, что все это обернется чем-то нехорошим. Поэтому ты берешь и смело меняешь фамилию, а заодно и имя с отчеством.
Была у тебя совсем нехорошая фамилия, которая грозит потерей депозитов и недвижимости в стране, где все спокойно, тихи и культурно, а тут – бац и большой знак вопроса вырисовывается. И вот уже ты выправляешь себе паспорт на имя «Конрад Карлович Михельсон, сорока восьми лет, беспартийный, холост, член союза с 21 года, в высшей степени нравственная личность». И вот уже новый аусвайс дает надежду на то, что возможно, еще не все так плохо.
Так поступил и сын уже покойного Жирика – Игорь Лебедев.
Хоть на нем прямо и не стояло клеймо фамилии Жириновского, но он не стал испытывать судьбу и выправил себе паспорт на имя Гарсия Давида Александровича. Это потому, что его недвижимость находится в Испании, а Гарсия в Каталонии или Севилье, все равно, что Иванов в Усть-Нехлюйске. И по слухам, именно на таком низком старте уже давно стоят очень многие детки свихнувшихся руководителей лепрозория.
Кто-то может сказать о том, что крысы бегут с корабля, и будет не совсем прав. Самым жирным крысам бежать не дадут, а главной крысе уже бежать некуда. Путь открыт только в Гаагу и то, нет гарантий того, что удастся добежать хоть туда.
А все потому, что лед тронулся, господа присяжные заседатели. Лед тронулся!
