Глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов в интервью латвийским журналистам изложил формулу возможных переговоров о мире: прекращение боевых действий по фактической линии фронта на момент достижения договоренности, гарантии безопасности и отказ от юридического признания утраты территорий.
Сам президент Владимир Зеленский в эти же дни описал практическую последовательность шагов по деэскалации: разблокировка судоходства в Черном море, взаимное энергетическое перемирие на зимний период и продолжение гуманитарных обменов. Оба заявления отражают последовательную позицию Киева, которая не менялась с конца прошлого года, когда обсуждался "мирный план Трампа".
Но Джаред Кушнер, эмиссар президента США, публично изложил другое видение. По его словам, Вашингтон уже подготовил основную часть мирного соглашения, однако его подписание задерживается из-за нежелания Украины идти на территориальные уступки:
"Путин обозначил свою позицию относительно того, чего он хочет добиться. Если бы Украина захотела пойти на уступки в этом вопросе, мы бы уже согласовали остальные пункты соглашения. Но Украина сейчас не хочет этого делать".
Это значит лишь одно: как и ранее, Путин упорствует и пытается шантажом получить неоккупированную территорию Донбасса без боя. И проблема тут даже шире, чем неприемлемость частичной капитуляции для украинского общества. Если представить, что Украина согласится на путинскую формулу и отступит от своей, где гарантии, что Москва сразу же не потребует сдать Херсон и Запорожье?
Готов ли Запад – и США в первую очередь – гарантировать дальнейшее ограничение путинских аппетитов? И чем такие гарантии могут быть обеспечены?
От ответов на эти вопросы зависит сама конструкция политической платформы выхода из войны. И похоже, что пока этих ответов нет.
Леонид Невзлин
Вы поможете этому сайту, сделав несколько перепостов его публикаций в социальных сетях (Facebook, Twitter (X), Google и других). Сделай доброе дело!
Подписывайтесь на наш Телеграмм-канал https://t.me/censorunet и YouTube канал
